Цезарь
Я долбил мерзлую землю ломом в сорокаградусный мороз, для того чтобы похоронить своего лучшего друга – Цезаря. Мне советовали не усложнять себе жизнь и просто выбросить его на свалку, но я не мог так поступить. В последние пять лет моей жизни этот маленький теплый комочек, найденный в снегу одной полярной ночью и со временем превратившийся в огромного пса неопределенной породы, стал моим самым верным другом как раз в то время, когда и жить, в общем-то, уже не хотелось после предательства «друзей» о двух ногах.
Я принес его домой за пазухой, голодного и уже почти замерзшего. Вопреки предсказаниям соседей, что выходить и выкормить его мне не удастся, все сложилось иначе. Он оказался достаточно крепким щенком и охотно пил молоко из соски сына. И взрослел…
Он вырос большим и несуразным: с высокими лапами и длинной шеей, как у английского дога, но при этом с головой овчарки с длинными ушами. В моей малогабаритной квартире Цезарь занимал практически все свободное пространство посередине комнаты. Мне ничего не оставалось, как перемещаться по периметру, потому что перешагнуть его было достаточно проблематично. Если уж Цезарь ложился у порога, то ни войти в квартиру, ни выйти из нее не удавалось никому. Без моей команды он просто никого не пропускал.
В этого огромного и на первый взгляд непривлекательного пса вселилась, как мне кажется, душа добрейшего и преданнейшего человека. Его любила вся местная детвора от мала до велика, и он отвечал ей взаимностью. Даже соседские мамочки, если им нужно было отлучиться по делам, а во дворе оставались дети, просили меня выпускать Цезаря во двор. Тогда они могли быть за них спокойны. Он никого не кусал, но вид его был так суров, что никто посторонний в его присутствии не рисковал пересекать двор. Кроме того, он успешно справлялся с обязанностями няньки: нежно схватив за шиворот, оттаскивал разыгравшихся и осмелевших малышей подальше от проезжей части дороги.
Он был невероятно умен. Мне и в голову не могло прийти, что собака сможет самостоятельно ходить в магазин за покупками. А он смог. Я часто брал его с собой в близлежащий магазин. И однажды, когда я произнес дежурную фразу: «Цезарь, пошли в магазин!», он, недолго думая, схватил зубами сумку и пошел. Я немного замедлил ход. Мне даже стало интересно: что же он станет делать в этой ситуации. А Цезарь как законопослушный покупатель пристроился в хвост очереди и, когда его очередь подошла, просто положил сумку на прилавок. Позже много раз пес выручал меня в дни моих болезней, когда с деньгами и запиской для продавца отправлялся самостоятельно в гастроном. А однажды он в прямом смысле этих слов спас мою жизнь: когда меня парализовало, отнес записку в тот же гастроном, и продавцы вызвали скорую помощь.
Цезарь был обидчив как ребенок. Конечно же, иногда его приходилось журить и наказывать за какие-то шалости. При этом осознаваемое им чувство вины самым удивительным образом приподнимало его длинные уши горизонтально к полу. Но если наказание было несправедливым, он обижался по-настоящему. И извиняться приходилось тоже по-настоящему. Однажды в компании друзей мне захотелось продемонстрировать то, как он умеет своими ушами выражать чувство смущения от содеянного, и я понапрасну пристыдил своего питомца. Не чувствуя за собой никакой провинности, пес обиделся не на шутку и не общался со мной до самого вечера, пока я не попросил у него прощения. Больше я никогда так не шутил.
Ах, если бы не эта злополучная командировка. Мне срочно пришлось уехать по делам. Я попросил соседа выпустить собаку по нужде, что он и сделал, но только вот забыл его впустить обратно. И мой короткошерстый друг после суточного пребывания на сорокаградусном морозе заболел и умер. Не поворачивается язык сказать «сдох», потому что так принято говорить о смерти животных или плохих людей, а он был для меня настоящим преданным другом.
И потому я не мог поступить иначе: взвалив на себя тело моего далеко не легенького друга весом в семьдесят пять килограммов, я отнес его в тайгу за взлетную полосу аэродрома. И с огромным чувством благодарности за то, что он был в моей жизни, и не меньшим чувством вины за то, что я его не уберег, похоронил в мерзлой сибирской земле.
Сергей и Галина Душка.
